de68495b

Катерли Нина - Прохор



Нина Катерли
Прохор
Прохор постучал мне в окно. Я влезла на подоконник и высунулась в
форточку.
- Ты что - свободен сегодня?
- До обеда. Пошли гулять, а?
- У тебя на спине целый сугроб.
- С утра шел снег. Выходи, я тебя жду.
Я оделась и вышла во двор, захватив с собой веник. Счистила снег у него
со спины и с боков, обломала с ушей сосульки.
- Как тебя отпускают в такую погоду? - сказала я. - Смотри, догуляешься
до воспаления легких.
- А разве у слонов бывают легкие? - удивился Прохор. - Я думал: только
у людей... или, в крайнем случае, у собак.
Мы вышли из ворот и медленно двинулись по тротуару. Прохожие, глядя
прямо перед собой, обтекали нас слева и справа, и никто не остановился,
никто не оглянулся нам вслед.
Было двенадцать часов. Дети еще не вернулись из школы. Пенсионеры,
домохозяйки, сбежавшие с лекций студенты да обалделые командировочные
встречались нам на тротуаре.
- Бабушка! Да бабушка же! Смотри - слон! Живой!
- Что ты дергаешь? Всю руку оторвал! Какой там еще слон? Ах, слон. Ну и
что? Подумаешь, не видал, что ли, слонов никогда. Пошли быстрее, очередь
пройдет!
- А мы - куда? - спросила я Прохора.
- Я бы поел, - застенчиво признался он.
Я зашла в овощной магазин и выбрала два самых больших и зеленых кочана
капусты. Прохор сжевал их в полминуты и с интересом поглядывал на витрину
булочной.
- На свадьбу берете? - спросила меня оживленная кассирша, когда я
расплачивалась за восемь батонов.
- Это - слону, - объяснила я.
- А-а... - протянула кассирша разочарованно, и тотчас же из очереди
раздался голос:
- Вот! Мясо собакам берут, а теперь еще и слонов развели!
Квадратная баба в фетровой шляпе, колом стоящей на голове, надвигалась
на меня.
- Бесятся с жиру. Не знают, куда деньги девать!
Следом за мной она вылезла из булочной, злобно пихнула плечом
перегородившего тротуар Прохора и, прошипев: "Госс-с!" - заковыляла прочь.
Прохор как ребенок. Через пять минут он запросил пить. Летом мы
спустились бы с ним к реке или я нашла бы кран для шланга, которым
поливают улицу. А сейчас?
Мы встали в длинную очередь к пивному ларьку. Очередь галдела,
обсуждала события на Ближнем Востоке, крыла вратаря хоккейной команды. На
нас с Прохором никто внимания не обращал, только продавщица высунулась из
окошка и крикнула:
- Пиво кончается! За гражданкой со слоном не занимайте!
Прохор выпил шесть больших и одну маленькую и сконфуженно сказал:
- Сколько ты денег на меня потратила, даже неудобно.
- Ладно. На здоровье. Не так часто гуляем.
Мы подошли к перекрестку, и регулировщик сразу же зажег нам зеленый
свет. Вместе с нами по полосатому переходу двинулась толпа, такая же
озабоченная, как там, на тротуаре, как у булочной и у пивного ларька, как
на перекрестке, везде, где мы бродили уже целых полтора часа.
Желтая машина ГАИ вдруг вынырнула из-за угла и заорала в мегафон:
- Очистить проезжую часть! Машины - к обочине! Все - к обочине!
Вдоль улицы мчался целый эскадрон мотоциклистов. Ревя, он пронесся мимо
нас. Красные, желтые, зеленые шлемы, полосатые куртки, руки, впившиеся в
руль, точно в поводья.
Прохожие замерли на тротуарах. Как по команде, они выстроились в
шеренги и застыли, опустив по швам руки с кошелками. Глаза заблестели, рты
приоткрылись, щеки стали живыми и розовыми.
Мотоциклы умчались, рев затих. Вздохнув, разбредалась толпа. А мы с
Прохором пошли себе дальше, через мост, мимо бульвара, по узенькому
переулку. Кончалась его "увольнительная".
В зоопарк мы вошли через служебный вхо



Назад