de68495b

Касвинов Марк - Двадцать Три Ступени Вниз



Марк Касвинов
Двадцать три ступени вниз
ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
Это книга о заговорах, триумфах и крушениях, самые очертания которых,
казалось, размыты и выветрены временем.
Повествование о безумствах, иллюзиях и трагикомедиях героев, которых
давно поглотила Лета.
Повествование о деяниях и конце Романовых - последних русских царей - и
их слугах...
Автор надеется, что его книга будет полезна современному, в особенности
молодому читателю.
Хотел бы выразить большую и искреннюю признательность всем, кто помог
мне выполнить эту работу.
В первую очередь благодарю сотрудников государственных архивов, на
материалах которых эта книга в значительной степени базируется, в
особенности Н. В. Прокопенко, В. А. Рогову и Д. О. Бабина из Центрального
государственного архива Октябрьской революции в Москве - за содействие в
подборе документации и полезные советы.
Выражаю сердечную признательность зарубежным друзьям, способствовавшим
поиску и разработке данных, в их числе персоналу Академического архива в
Праге (ЧССР), Национальной библиотеки в Варшаве и Западного института в
Познани (ПНР). Весьма обязан и признателен сотрудникам Национальной
библиотеки в Вене, отдела рукописей Исторического института в Граце
(Австрия), Цюрихской народной и Базельской центральной библиотек (Швейцария)
- за оказанное внимание и открытый мне на месте доступ к соответствующим
рукописным и печатным материалам.
Автор
* КНИГА ПЕРВАЯ *
ОПЕРАЦИЯ "РУССКИЙ КУЗЕН"
Лантенак не имеет возраста. Лантенак - чужой, Лантенак призывает
иностранцев... Лантенак - враг родины. Наш поединок с ним может кончиться
лишь его или моей смертью.
Виктор Гюго. "Девяносто третий год"
ДЕНЕЖНЫЙ ПЕРЕУЛОК, ДОМ 7
Вечернюю тишину особняка разорвал резкий, судорожный звонок. Привратник
ринулся к выходу - приходил сверху доктор Рицлер, предупредил: явятся двое,
впустить без заминки.
Щелкнул ключ, раздвинулись створки. К двери метнулись двое: мокрые
плащи, обвислые шляпы.
В полумраке привратник принял на руку плащи, вполголоса сказал:
- Битте, майне герршафтен. Его превосходительство ждет вас у себя,
наверху.
В слабо освещенном кабинете двое усаживаются в кресла, придвинутые к
столу. Из тени, отбрасываемой настольным абажуром, грузный Мирбах,
откинувшись на спинку сиденья, разглядывает визитеров с холодным
любопытством. За послом застыл в почтительной стойке Рицлер, придерживая под
мышкой папку.
Навстречу посол не вышел, обменялись рукопожатиями через стол.
Посол. Господа, мне приятно снова увидеться с вами, хотя в
обстоятельствах, вызвавших эту встречу, приятного, пожалуй, мало. Не так ли,
барон Нейгардт? Не так ли, барон Будберг? Я вас слушаю, господа.
Нейгардт. Граф, мы попросили об этой встрече, потому что в положении,
которое мы обсуждали с вами еще в декабре, сдвигов к лучшему нет. Не кажется
ли вам, что обстановка еще более обострилась, что она стала угрожающей?
Посол. Возможно. С тех пор как император вывезен из Тобольска,
ситуация, видимо, осложнилась.
Нейгардт. Не будете ли вы любезны сказать, какими сведениями
располагает посольство? Сопоставление данных может быть полезно для дела.
Посол. Пожалуйста, в меру нашей осведомленности. (Оборачивается к
Рицлеру. Советник быстрым движением выхватывает из папки бумагу, кладет ее
перед послом). Итак, по донесениям нашей агентуры из восточных районов,
после 268 дней заточения в Тобольске августейшая семья двумя группами
вывезена на Урал. Первая - император, императрица и принцесса Мария...
(Посол близоруко



Назад