de68495b

Кассиль Лев - Сиверко, Поморский Ветер (Предисловие К Сборнику Е Коковина 'динь-Даг')



ЛЕВ КАССИЛЬ
ПРЕДИСЛОВИЕ К СБОРНИКУ Е. КОКОВИНА "ДИНЬ-ДАГ"
СИВЕРКО, ПОМОРСКИЙ ВЕТЕР...
Всякий раз, как я открываю книгу Евгения Коковина, новую или давно уже
прочитанную, мне кажется, что со страниц её веет на меня свежим северным
ветром, - сиверко называют его поморы, жители беломорских берегов, земляки
писателя, книгу которого вы сейчас держите в руках.
У детской литературы богатая и просторная география. Талантливые писатели,
пишущие для ребят, живут не только в Москве и Ленинграде. Хорошую большую
литературу для детей делают во многих краях нашей родины. Подойдёшь к её
карте, окинешь её, громадную, взглядом - и думаешь о дорогих товарищах по
работе: они везде, куда ни глянь!
И стоит лишь мне поднять глаза к верхнему краю карты страны, увидеть там
Белое море и город Архангельск, как сразу я вспоминаю Коковина. Немало сделал
он своими интересными повестями и увлекательными рассказами, чтобы ребята
полюбили Север, почувствовали на своих щеках холодное и бодрящее дыхание
сиверка, крепко зауважали бы тружеников моря и тундры, могучих лесорубов,
бесстрашных моряков, храбрых и терпеливых полярников. Все они - давние и
любимые герои произведений Коковина.
С Евгением Степановичем Коковиным я познакомился много лет назад. Сперва
мы с ним дружили заочно - он присылал из Архангельска мне и редакции "Пионера"
свои рассказы. А потом я встретился с ним самим. До этого я никогда на Белом
море не бывал, и мне Евгений Коковин представлялся эдаким могучим помором,
головой выше береговых утёсов, бас - капитанский, в плечах косая сажень... А
на деле он оказался донельзя худым, очень гибким, удивительно тонколицым и
застенчиво-тихим. Только глаза были действительно уж "беломорские", такие
по-северному светлые, как небо в Заполярье. Да и брови и волосы им под стать.
Такой он и сейчас, хотя ему уже пятьдесят. Но то ли он совсем не поседел, то
ли не заметишь седины в его волосах, и раньше белых, но ни в жизни, ни в его
новых произведениях не услышишь даже самых отдалённых шагов подкрадывающейся
старости. А вот свежий, до самого нутра тебя прохватывающий и зовущий в
северные дали беломорский сиверко продолжает задувать, свистит и гудит, как в
корабельных снастях, между строк его повестей и рассказов.
Он родился в 1913 году в Соломбале. Так называется рабочий район
Архангельска, остров, омываемый широкой Северной Двиной, её рукавом Кузнечихой
и узенькой речкой Соломбалкой. Там по сей день живут главным образом люди моря
и леса: рыбаки, моряки, судоремонтники, лесопильщики. Среди них и вырос
Евгений Коковин, на всю жизнь сохранив горячую сердечную привязанность,
строгое и дружеское уважение к храбрым, сильным людям, не боящимся
пронзительно-ледяного ветра, умеющим обходиться без лишних слов и в белые
ночи, и в чёрные дни.
Здесь он, окончив морскую школу, вошёл полноправно в дружную и прочную
семью беломорцев, работал на ремонте судов, плавал на пароходах Советского
торгового флота. Ходил на Новую Землю, на Печёру и в Мурманск. Летней порой
ходит он в море и поныне. Беломорские корабельщики, капитаны, штурманы,
механики, радисты, матросы уже давно признали Коковина своим человеком. И
немало удивительных случаев, захватывающих историй, морских и заполярных
происшествий наслышался от них писатель.
А то, что он станет писателем, Коковин решил давно, когда ему было ещё
пятнадцать лет. В те дни он познакомился с Аркадием Петровичем Гайдаром,
работавшим в архангельской газете "Правда Севера". Гайдар со свойственным ему



Назад